Эйфелева башня, Париж
Самая узнаваемая достопримечательность Парижа - Эйфелева башня (от фр. la tour Eiffel). За ней уже давно закрепилось звание символа Франции. У Эйфелевой башни не совсем простая история. Когда ее хотели построить, нашлось немало тех, кто этого не хотел. Большинству людей казалось, что этот грандиозный проект попросту изуродует великолепный вид Парижа. Только по прошествии некоторого времени французы смогли по достоинству оценить это великое творение.
«Эйфелевой башне исполнилось уже более девяносто лет, но внешне она выглядит намного моложе и прямо держится. Честно говоря, башня не очень то и привлекательна. Некоторые утверждают, что она некрасива, но как бы там ни было, без нее жизнь была бы совсем другой».
Именно так, с юмором, в конце прошлого века парижским репортером была описана Эйфелева башня, которая с гордостью возвышается над столицей Франции. Немало историй о городе и о себе, могла бы поведать эта старейшая парижская «дама». В конце прошлого века во Франции собрались отметить столетие революции, произошедшей в 1789 году. В честь такого случая решили устроить Всемирную выставку и придумать для нее что-то уникальное, необыкновенное. В конечном итоге выбор пал на довольно смелое по тем временам решение, предоставленное инженером из Франции по имени Гюстав Эйфель, который был уроженцем города Дижона. Потребовались чуть более двух лет, чтобы на левом берегу Сены к небу устремилась 300-метровая стрела с весом в семьдесят пять тысяч тонн, которую назвали Эйфелева башня. Сооружение башни проводилось по принципу конструктора, в котором нужно собрать фигурку из готовых деталей. Только на эту большую «игрушку» потребовалось пятнадцать тысяч различных металлических элементов и примерно 2,5 миллионов заклепок! От этого величественного творения, у парижан, которые еще передвигались по городу на конных омнибусах, просто захватывало дух.
Как часто бывает с по-настоящему необычными и грандиозными проектами, при строительстве Эйфелевой башни были проблемы не только с различными техническими трудностями, но и с довольно сильным противодействием, которое оказывали влиятельные и авторитетные лица города.
В 1887 году главному директору строительства Всемирной выставки Альфану от группы видных деятелей пришло письмо. В нем высказывались возмущения по поводу «чудовищного и бесполезного сооружения» в центре Франции. Протестующие авторы полагали, что даже Америка не хотела бы иметь у себя такое творение.
«При посещении нашей выставки иностранцами,- говорилось в послании,- они с удивлением воскликнут: «Как! Французы избрали этот ужас для того, чтобы мы имели представление об их таком хвалебном вкусе?..» Для лучшего понимания наших доводов, достаточно лишь себе представить нелепую башню, которая будет господствовать над Парижем, как гигантская и мрачная заводская труба, которая будет своей массой подавлять Сен-Шапель, Собор Парижской Богоматери, Дом Инвалидов, Лувр, Триумфальную арку, башню Сен-Жак, все отныне поруганные памятники, все, теперь приниженные, архитектурные творения, все это просто исчезнет в неописуемом и ошеломляющем кошмаре»
Кто подписал этот протест? Приведем лишь некоторые из имен: Александр Дюма, Шарль Гуно, Сюлли Прюдом, Леконт де Лиль, Ги де Мопассан.… Одним словом, письмо подписали одни из самых выдающихся мастеров культуры, которые являются французской гордостью. Получается, что им была не по душе Эйфелева башня!
Перед мнением столь знаменитых авторов вряд ли кто-то смог бы устоять. Что же сделал месье Альфан? Он взял это грозное послание и перенаправил его тогдашнему министру торговли, который в свою очередь дал ему письменный ответ с советом: «главное и единственное о чем я хочу вас попросить – получите и сохраните протест. Его необходимо представить на экспозиции выставки. Такая благородная и изящная проза, которую подписали столь известные во всем мире имена, поможет привлечь толпу и, скорее всего, сможет ее удивить».
По рассказам, один из самых ярых противников постройки башни прятался от «безобразного скелета» весьма оригинальным способом: он попросту обедал в ресторане, расположенном в самой башне! «Это место является единственным в Париже, где я не могу ее видеть», - язвил он. Им был Ги де Мопассан.
Прошло время, и вместо объекта для раздражения, Эйфелева башня стала объектом восхищения. Ей начали посвящать стихи и писать о ней песни. Для фотографов и художников она превратилась в самую любимую модель. Например, любил изображать Эйфелеву башню такой выдающийся французский карикатурист как Жан Эффель, чья фамилия (вернее сказать псевдоним) звучит прямо почти как название башни. На своих рисунках он изображал Эйфелеву башню по-разному: то она «дает пинка» оккупанту, то стоит в обнимку с президентом Франции Шарлем де Голлем, который отличался большим ростом, то приветствует космонавтов. Скорее всего, именно Эффель научил нас, относится к ней как к близкому существу, с которым можно пообщаться, отвести душу…
Каждый раз Эйфелева башня предстает перед нами в новом обличии. Изящно-юной и легкой она нам кажется в солнечное и ясное утро, она как невеста в своем сверкающем наряде. Вечерами, в особенности зимними, очертания башни темнеют, она становится сумрачной, как будто вспоминает свой преклонный возраст. На рождество и новый год Эйфелеву башню наряжают гирляндами из цветных электрических лампочек, таким образом, придавая ей силуэт большой елки.
Многое припомнить и рассказать смогла бы Эйфелева башня, если бы умела говорить. Воздвигнута башня была на Марсовом поле, на котором 14 июля 1790 года, проходил народный праздник Великой французской революции. После разрушения Бастилии, ее плиты были использованы в качестве строительного материала для моста Конкорд. «Постепенно все меняется. Везде можно заметить следы давно минувшей славы. До сих пор слышны крики гнева и отголоски уже угасших празднеств, - именно так описывал строительство Эйфелевой башни и моста Конкорд один из знатоков Парижа, и добавлял: «Вовсе это не бредовые вымыслы и не случайные образы. Каждый, кто по-настоящему влюблен в Париж, сам не замечает, как превращается в мечтателя. Его полностью околдовывает прошлое и это гулко отдается во время каждого его шага. Его сжигает любопытство».
Так о чем смогла бы рассказать Эйфелева башня? Казалось, что двадцатый век начался довольно хорошо для Франции: произошел подъем экономики, которому не помешала кратковременная депрессия, расширилась торговля, развились многие из отраслей промышленности. Как говорят - «belle ?poque» — «прекрасная эпоха», да и только! В 1914 году башне исполнилось двадцать пять лет. Хотя это и счастливый возраст, но он ознаменовался началом войны.
По воспоминаниям старожил, когда началась оккупация гитлеровскими войсками Парижа, все лифты башни прекратили функционировать, и был закрыт доступ к ней для населения. Из Берлина вызвали специалистов, но их усилия были тщетны. Подъемники так и не ожили. Зимой 1940-1941 года сам Адольф Гитлер был вынужден подняться на второй этаж башни.
На сегодняшний день, Эйфелева башня является одним из самых ярких символов не только Парижа, но и Франции в целом. Творение дижонского инженера пользуется у туристов большой популярностью. Еще бы! Неужели, найдутся те, кто не хотел бы посмотреть на столицу Франции с высоты в триста метров?! Единственное, для этого удовольствия нужно будет постоять в немалой очереди…
Сам создатель Эйфелевой башни неоднократно говорил с юмором о ней: «Я должен был бы испытывать чувство ревности к башне. Так как она известнее меня». Бюст Гюстава Эйфеля установили у северной «ноги» башни, подписав его довольно просто: «Эйфель: 1832 — 1923».
